меню

Село Кимры. Первое описание

Согласно тем данным, которые дошли до наших времен, в 1635 году в Кимрах насчитывалось 105 дворов и 651 житель. Для сравнения можно сказать, что в вотчине князя Львова, насчитывающей 50 деревень, 17 были однодворовыми, восемь — двухдворовыми. Значит, Кимры — это действительно крупное село того времени.

Примерно в тот же период, в 1646 году, Кашин имел 361 двор и 961 человек мужского пола. Калязин упоминается как небольшая слобода, Белый Городок предстает небольшим сельцом, Кснятин превратился в погост...

В Дмитрове в 1624 году было 196 дворов, три кузнеца, два плотника, один сапожник. А в Кимрах в 1635-м — пять кузнецов, четыре плотника, десять сапожников. Кимрские сапожники уже тогда по объемам производства обуви превышали её спрос.

Все приведенные выше данные взяты из писцовой книги 1635 года, где описывается вотчина боярина A.M. Львова. Этот документ можно считать первым описанием Кимр.

Писцовая книга 1635 года дает нам, пусть не очень подробное, но все-таки описание архитектурного облика Кимр: «В селе церковь Вознесения Господня деревянна, да другая церковь Бориса и Глеба деревянна, да церковь теплая Николы Чудотворца деревянна». Хотя перепись и не указывает место расположения Вознесенской церкви, но не приходится сомневаться, что она стояла там же, где в 1813 году её сменила каменная...

Следы церкви Бориса и Глеба затерялись. А храм Николы Чудотворца? Ответ находим в другом документе, написанном аж полтора столетия спустя, в 1806 году. Экономические примечания к «Материалам генерального межевания» гласят: «Деревянная церковь Николая Чудотворца располагалась в центральной части на стрелке Волги и Кимерки, позднее перестроена на двухэтажную каменную».

Вид на центральную и Заречную часть Кимр. Копия гравюры Грекова. 1772 г.

Следуя хронологии в описании села Кимры, мы читаем, что в 1806 году: «В Заречной части Кимра обнесена с южной и западной стороны земляным рвом, на коем со въезду из города Корчевы стоят каменные ворота». В центральной части: «...село обнесено с северной стороны земляным рвом, на коем со въезду из города Калягина каменные ворота. Две церкви каменные обнесены четырёхугольною каменной оградою». Сейчас можно только предполагать, каково было назначение земляного рва. Скорее всего — Дренажное и препятствующее доступу скота на огороды кимряков (сразу за селом начинались пастбища и поля). Одно можно заявить с уверенностью — это не военное сооружение.

В экспозиции Кимрского краеведческого музея находится копия гравюры Грекова 1772 года, на которой изображена панорама застройки центральной и заречной частей села Кимры.

Вид на заречную часть города

Вот как «прочитала» эту картину главный архитектор города Кимры В.Н. Хлебородова (мы и впредь будем обращаться к её разъяснениям в вопросах архитектурного облика нашего города):

«В центре, на высоком берегу устья реки Кимрки стояла изящная двухэтажная однокупольная со шпилем каменная церковь, явно не русской архитектурной школы. Детали и декор указывали на стиль итальянского барокко».

А.З. Суханов, как бы развивая эту мысль, пишет об этой церкви: «...по преданию, сложенная итальянскими зодчими, которых Салтыков привёз в Кимры». Вероятно, так и было, потому что в те времена считалось, что всё хорошее может быть только иностранным...

Так вышло, что рядом с «итальянкой» стояла добротно срубленная восьмигранная деревянная церковь, располагавшаяся неподалеку от построенной в конце XVIII века усадьбы боярина Фёдора Петровича Салтыкова.

По данным генерального межевания, в 1776 году в Зареченской части села числилось 100 домов с 492 жителями, тогда как в центральной части села — 79 дворов с 545 жителями. В этом документе упоминается и сельцо Шелково на левом берегу реки Кимерки, насчитывающее полтора десятка дворов. «В селе и сельце дома господские деревянные и при них сады регулярные». Три пожара, страшных по своей беспощадности, практически уничтожили деревянные Кимры XVIII века...